Кому эта система действительно выгодна?
Германия готовит пенсионную реформу, где молчание работника может стать согласием на новый пенсионный договор? Любой, кто работает в Германии, вскоре может автоматически стать участником betriebliche Altersvorsorge — корпоративной пенсионной программы. Не потому, что человек утром проснулся и решил: «Пора спасать старость». А потому, что система сама поставит галочку за него.
Модель называется Opt-out: всех работников включают по умолчанию, а выйти можно только если активно отказаться. Звучит современно и заботливо. Но в реальности это мощный способ превратить человеческую инерцию в пенсионные взносы. И главный вопрос здесь простой: кому эта система действительно выгодна?
Скрытые минусы
Идея betriebliche Altersvorsorge на первый взгляд выглядит красиво. Часть брутто-зарплаты уходит в пенсионный договор до уплаты налогов и социальных взносов. Работодатель обязан добавить минимум 15%. Если работник перечисляет 100 евро, в кошельке часто становится меньше только на 50 или 60 евро. Остальное компенсируется за счёт налоговой отсрочки и экономии на социальных отчислениях.
Но бесплатный сыр, как обычно, живёт не в пенсионной системе. Эти деньги не освобождаются от налогов навсегда — налоги просто откладываются. Когда в старости начнётся выплата корпоративной пенсии, государство снова придёт за своей долей. Плюс добавятся взносы на медицинское страхование и страхование по уходу — причём в полном объёме: и доля работника, и та часть, которую раньше платил бы работодатель.
Есть и другой скрытый минус. Если сегодня из-за перераспределения зарплаты уменьшается доход, с которого платятся социальные взносы, то работник получает меньше пенсионных баллов в gesetzliche Rentenversicherung. В долгую это может означать не только меньшую государственную пенсию, но и более низкие выплаты по болезни или безработице. То есть левый карман вроде бы наполняется, а правый тихо худеет.
Гарантии или подвох?
В Германии любят гарантии. Гарантия звучит как безопасность, но часто бывает, что получается отказ от доходности. Если обещают вернуть минимум внесённые взносы, деньги приходится инвестировать осторожно: больше облигаций, больше страховых конструкций, больше административных расходов. В итоге можно, образно говоря, десятилетиями ехать как такси с включённым двигателем, которое так и не тронулось с места.
Разница в расходах огромная. Если 40 лет вкладывать по 150 евро в месяц и получать среднюю доходность 6%, то при общих издержках 0,2% итоговый капитал составит около 273.000 евро. Если издержки вырастут до 1% (а многие страховые продукты вполне живут в этом диапазоне), останется около 223.000 евро. То есть примерно 50.000 евро исчезают не из-за кризиса, не из-за краха рынка, а просто из-за комиссий.
Именно поэтому betriebliche Altersvorsorge сегодня использует лишь чуть больше половины работников. Согласно отчёту о пенсионном обеспечении, около 52% работников от 25 до 67 лет, подлежащих обязательному социальному страхованию, имеют действующий корпоративный пенсионный план. Причём показатель не растёт, а снижается.
Особенно показателен разрыв по доходам. Среди людей с месячным доходом менее 1500 евро участие иногда составляет менее 30%. А при доходе свыше 4500 евро — более двух третей. Получается классическая немецкая ирония: лучшие инструменты поддержки часто достаются тем, у кого деньги и так уже есть.
Теперь это хотят изменить. Политики, включая Ларса Клингбайля и Фридриха Мерца, а также председательницу DGB Ясмин Фахими, открыто говорят об автоматическом включении всех работников. В качестве образца приводят Великобританию: после внедрения такой модели уровень участия вырос до более чем 80%.
Для политики это выглядит как успех. Для финансовой индустрии — тем более. Но высокий уровень участия сам по себе не доказывает качество системы. Дорогой договор не становится хорошим только потому, что его подписали девять из десяти человек.
Значит ли это, что ETF всегда лучше? Не автоматически. Широко диверсифицированный ETF на MSCI World часто дешевле, прозрачнее и может давать более высокую доходность. Но у него нет взноса работодателя и предварительной налоговой экономии. Поэтому betriebliche Altersvorsorge может быть выгоднее — если расходы низкие, доля акций высокая, а работодатель добавляет больше минимальных 15%. Если хотя бы одного условия нет, расчёт быстро разворачивается против работника.
Пенсионный депозит
С 2027 года должен появиться ещё один вариант — пенсионный депозит, запланированный преемник Riester-Rente. Он должен быть основан на ETF, субсидироваться государством и давать базовую надбавку 540 евро в год — при условии, что человек сам вносит 1800 евро ежегодно. Это звучит современнее, чем старая Riester-Rente. Но запланированный предел расходов — 1% от накопленного капитала в год. Для обычного накопительного плана на ETF это всё ещё много.
Вывод простой: автоматическое включение может помочь тем, кто ничего не откладывает на старость. Но если под красивой реформой окажутся дорогие и малодоходные продукты, Германия получит не пенсионное спасение, а массовую поставку зарплат в финансовую индустрию.
И главный вопрос: это реальная забота о будущих пенсионерах или просто новая система, где ваше бездействие тоже становится бизнес-моделью?
