У редакции нашего издания есть хороша традиция: приглашать к себе в гости интересных собеседников. В этот раз мы встретились с художником и педагогом — Владимиром Ивановичем Федоровым. Нам, людям далеким от изобразительного искусства, было интересно расспросить представителя классической художественной школы о его жизни, профессии, взглядах на жизнь и встречах с интересными людьми.

— Владимир Иванович, рады Вас видеть. В Герма­­­нии не часто встретишь представителя русской школы живописи.

— Было бы странно, если было бы наоборот. Действи­тельно, нас тут немного, но русская школа внесла значительный вклад в мировое искусство, и картины, написанные в классической технике, всегда востребованы публикой. Обратите внимание, в музеях возле экспозиций картин русской живописи всегда много людей.

— А в каком жанре Вы предпочитаете творить?

­­— Я, будучи профессионалом, умею писать все: пейзажи, натюрморты, бытовые картины, часто мне заказывают анималистические сюжеты, но моя особая любовь — портреты.

— Почему?

— Мне интересно работать с человеком, ухватить его взгляд, поймать настроение, передать определенные эмоции. Бывает, смот­ришь на человека и видишь его глубину. И это счастье художника, когда на холсте не только фотографическая схожесть с человеком — нет, не это главное! — а и его переживания, надежды или чувства.

— Владимир Иванович, а для Вас важно, кто перед Вами: известная личность, учитель или колоритная старушка?

— Нет, мне достаточно, что передо мной находится человек, а его пол, возраст или национальность не имеет никакого значения. Поверьте, каждый человек прекрасен. Пожилые люди — своей зрелостью, мудростью в глазах, морщинками, за каждой из которых — жизнь. Дети прекрасны своим задором, любопытством, излучением добра. Особо мне нравится писать портреты беременных женщин. Стараешься передать их взгляд, направленный вовнутрь себя, их любовь к еще не рожденному малышу, трепетность к своему состоянию.

Видимо, я потому и нашел себя в портретистике, что люблю людей. Мне нравится с ними общаться, рассматривать, додумывать их историю.

— Владимир Иванович, в начале интервью Вы упомянули, что являетесь профессионалом. Можно узнать, какое образование Вы получили?

— Конечно. После окончания художественной школы я учился в университете, позже прошел дополнительное обучение в Петербургской Академии Художеств. Я считаю, что человек должен всю жизнь учиться и совершенствоваться, и мне по-прежнему интересно узнавать что-то новое.

— А Вы делитесь своими знаниями?

— Да. И делаю это с огромным удовольствием. Мне нравится учить детей, мое образование позволяет это делать, и я работаю с учениками разного уровня подготовки. Чаще, конечно, приходят начинающие художники, многие вообще без художественных навыков. Но если человек желает научиться рисовать — это можно развивать в любом возрасте. Упорство, талант и, что уж скромничать, хороший учитель могут сотворить чудо!

— Вопрос об актуальном: сказалась ли пандемия на Вашей занятости? Да и вообще, в эпоху фотографии насколько востребована портретная живопись?

— Я, пожалуй, один из немногих, кто не может жаловаться на сокращение заказов в связи с пандемией. Спе­­цифика моей работы в том, что я остаюсь один на один с клиентом, да и художественный процесс ведется минимум на два метра от натурщика, так что социальную дистанцию мы выдерживаем всегда. Заказы есть, ведь жизнь продолжается, люди, как и раньше, хотят запечатлеть себя или своих близких на полотне, и я с удовольствием помогаю им в этом.

Конкуренция с фотографией? Ну что вы, живописный портрет — это же еще и произведение искусства, которое займет достойное место в доме.

Алеся Тюменцева, журнал «Neue Zeiten» №11 (233) 2020

Werbung