С 1 января 2021 года выход Великобритании из состава Евросоюза стал, если можно так выразиться, юридическим фактом. Буквально в последний момент, 28 декабря, удалось всё-таки договориться о подписании торгового соглашения между ЕС и Лондоном — соглашения, призванного регулировать «развод и тумбочку между кроватями» так, чтобы он не нанёс непоправимого ущерба ни одной из сторон.

Будем откровенны: во многих отношениях скандальный британский референдум о выходе из ЕС был проведён на гребне волны политического популизма, захлестнувшей западный мир несколько лет назад. Социоло­гические опросы этого года демонстрируют, что множество жителей Бри­танских островов, проголосовавших тогда за Брексит, теперь с большим удовольствием переголосовали бы по-другому, но, увы, подобной возможности у них в ближайшее время не будет. Решение принято, и Велико­британия пускается в автономное плавание.

Но так ли это на самом деле? Один британский комментатор сравнил пятилетний процесс подготовки своей страны к выходу из Евросоюза с поведением вдрызг пьяного пассажира единственного автобуса, пересекающего пустыню Сахара. Пассажир внутри себя проголосовал и большинством голосов потребовал, чтобы его выпустили прямо в пески, а он уж как-нибудь сам доберётся до места назначения. Его долго уговаривали не торопиться, не делать глупостей, и в итоге он остановился в дверях и ни туда ни сюда. В конце концов, немного протрезвев, пассажир попросился обратно в автобус и теперь поедет в нём дальше вместе со всеми, но только в специально созданном для него за очень большие деньги боксе. Ему письменно гарантировали право в любой момент покинуть автобус, но теперь он лишён права решать вместе с другими пассажирами, куда ехать, где делать остановки и кто будет у руля. Зато у него появился шанс пересечь пустыню в надёжном средстве передвижения, в довольно-таки неплохой компании, а не тащиться к цели на своих двоих, совершенно автономно…

«Что, браток, каков итог?»

Пять лет назад, после сенсационных результатов британского референдума, появилось множество аналитических материалов, прогнозировавших Лондону крайне неприятные последствия Брексита. Сегодня можно констатировать, что большинство из них оказались неверными: всё получилось ещё хуже. При этом интересно, что из заявленных целей выхода из ЕС ни одна на сегодняшний день не была достигнута. Впрочем, возможно, что это-то как раз и хорошо: ведь цели эти были популистскими даже тогда, когда были озвучены впервые.

Скажем, приверженцы отделения Британии от Евросоюза заявляли, что страна-де не контролирует собственные границы и должна взять это дело в свои руки. На самом деле, это, мягко говоря, неправда, так как контроль границ в пределах ЕС всегда оставался в юрисдикции государств, входящих в его состав. Любой член ЕС в любую секунду имеет право закрыть свои границы для кого угодно, в том числе, и для соседей по общеевропейскому дому. За примером недалеко ходить: пандемия коронавируса заставила многие государства ЕС уйти в изоляцию, причём каждое из них приняло собственные правила въезда на свою территорию. И никакому Брюсселю даже в голову не могло прийти диктовать им некие «общеевропейские правила» в этом отношении. Что же касается Великобритании, так она ещё и никогда не являлась членом Шен­генского соглашения, а значит, имела, по сравнению с большинством других стран ЕС, дополнительные механизмы защиты своих суверенных границ.

Опять же: сторонники Брексита обвиняли ЕС в том, что из-за приёма в сообщество новых членов, Британия оказалась переполнена мигрантами из восточноевропейских стран. Доля истины в этом имеется: Британия в самом деле переполнена мигрантами, как и некоторые другие страны Европы. Но, в основном, это вовсе не мигранты из Восточной Европы.

Более интенсивный, чем в других государствах, приток мигрантов обусловлен особым (отдельным от ЕС, следует заметить) режимом сообщений внутри Британского Содружества Наций, которое выросло на почве почившей в бозе Британской империи. Что же касается расширения ЕС на восток, то тогда, в 2004 году, многие страны Евросоюза (в том числе Германия, например) приняли решение о пятилетнем «переходном периоде» для защиты своего рынка труда от наплыва дешёвой рабочей силы из восточноевропейских стран (немцы пустили тогда по Европе довольно оскорбительное определение дешёвых рабочих из стран-новичков — «Войцехи с отвёртками»).

Британия, как, кстати, и Швеция, этот мораторий вводить не стала, и немало от этого выиграла: лучшие специалисты самых востребованных профессий из Польши, Чехии, стран Балтии осели на берегах туманного Альбиона и трудятся по сей день на его благо. Те же немцы, к слову, по сей день себе локти из-за этого кусают. А вот теперь проживание и трудоустройство граждан ЕС в Велико­бри­тании будут, как минимум, серьёзно затруднены.

В принципе, основным аргументом сторонников выхода из Евросоюза было желание, чтобы Брюссель не диктовал Лондону свои законы и правила. Мы, мол, сами с усами и на своей территории у нас должен быть свой суверенитет.

Вполне резонное и законное желание. Но не следует забывать, что вообще-то общеевропейские законы принимаются только в том случае, если с их введением на своей территории согласны все 100% от количества государств-членов Евросоюза. То есть, если, скажем, британцы с каким-то европейским законом не согласны, на суверенной территории Великобри­тании этот закон действовать не сможет. Опять же, к слову: в данный момент страны, не входящие в состав Евросоюза, но имеющие с ним так называемые «особые отношения» — Швейцария и Норвегия — принимают на своих территориях больше общеевропейских законов, чем среднестатистическое государство-член ЕС. Может быть, не так уж они, эти законы, и плохи?

И, в конце концов, любая страна ЕС имеет право требовать для себя исключения из того или иного общеевропейского закона. И именно Британия на сегодняшний день является лидером в этом «виде спорта»: для неё было сделано больше законодательных исключений, чем для всех остальных стран ЕС, вместе взятых.

Подобных примеров можно привести ещё много, но, наверное, не стоит этого делать, так как после драки кулаками не машут. Стоит лишь добавить, что, согласно проведённым 5 лет назад социологическим исследованиям, против Брексита на референдуме голосовало большинство избирателей с высшим образованием (до 80%), в то время как за выход из ЕС отдали свои голоса те, чей образовательный ценз был невысок. И, кстати, именно тогда нынешний премьер Её Величества Борис Джонсон написал в одной из своих статей: «Плата Британии за участие в самом огромном и высокоприбыльном рынке, каковым является рынок ЕС, ничтожна, поэтому добровольный выход из него — это абсурд». Увы, но именно ему довелось вести свою страну к этому выходу.

© Pixelbliss — AdobeStock

«Начальник, ты бьёшь орлов! С кем ты останешься?»

Итак, итог пятилетних переговоров, отсрочек, ссор и нервов — неутешителен. Британия понесла серьёзнейшие потери — финансовые, экономические и, что немаловажно, имиджевые. Карикатуристы всей Европы упражняются в издевательствах: кто изображает Лондон в виде кота по имени Брексит — он, мол, долго мяукал, требуя, чтобы его выпустили из дому, а когда перед ним открыли дверь, сел на пороге и ни туда ни сюда; кто рисует британского премьер-министра, утопающего на куске обшивки европейского корабля посреди бурных волн: европейский экипаж, получив пробоину, старается её заделать и корабль ЕС остаётся на плаву, а вот британский импровизированный плот заливает водой, но Борис Джонсон по-прежнему распевает: «Правь, Британия, морями!». В общем, изгаляются, кто во что горазд.

Тем временем Британские острова покинули десятки тысяч международных компаний, сотни тысяч клиентов самого прибыльного сектора британской экономики — финансового. До сих пор именно Великобритания была финансовой столицей ЕС: именно здесь многие интернациональные гиганты держали свои штаб-квартиры, так как, с одной стороны, Велико­британия пользовалась множеством удобных «исключений» из общеевропейских финансовых правил, с другой же, она была членом ЕС и пользовалась всеми привилегиями внутреннего финансового рынка Европы.

Теперь же банки ушли — в Вену и Франкфурт-на-Майне, в Амстердам и Париж, на худой конец — перебазировались чуть западнее, в Дублин. Можно представить себе отчаяние британских банкиров, вынужденных наблюдать за тем, как от них, не по их вине, уходит множество выгоднейших, богатейших клиентов. К слову: первым банком, убравшим свою европейскую штаб-квартиру из Британии, стал российский ВТБ.

Переговоры о Брексите, как уже упоминалось, были длительными и тяжёлыми. По сути, они сводились к тому, что британское правительство желало оставить себе все привилегии, положенные странам-членам ЕС (европейское финансирование, отсутствие пошлин на внутреннем рынке и т.д.), но при этом отказаться от любых обязанностей, которые должны выполнять государства Евросоюза (взносы в общую казну, подчинение общим стандартам качества и т.д.).

О подробностях всё же заключённого соглашения пришлось бы написать несколько отдельных материалов, но пока что стоит сказать, что хотя бы «Брексит без правил» не состоится, его можно больше не опасаться. А с политической точки зрения британский пример оказался выгодным для Европы: здесь резко пошла на спад волна популизма, а различные воинствующие сторонники «фрексита», «австрексита», «немексита» и прочих выходов стран из Евросоюза на глазах теряют свои позиции. Глядя на тяжкое похмелье «британского пассажира», мало кто хочет выйти из европейского автобуса, чтобы шагать по пустыне самостоятельно…

Основные же позиции подписанного договора о Брексите можно свести к десяти пунктам

  1. Международная торговля

Самое важное: таможенных пошлин в торговле между ЕС и Британией не будет, причём в обоих направлениях. Очень хорошо, что этого удалось избежать: введение таможни уничтожило бы целые отрасли британской промышленности. Однако Великобритания теряет преимущества, которыми обладают члены ЕС в торговле с третьими странами. Это означает, что товары, ввезенные в Британию, скажем, из США или Китая, не могут быть, например, проданы далее в ЕС беспошлинно и без ограничений. Британские медикаменты и британские продукты питания теперь должны будут отдельно проверяться в ЕС, чтобы их можно было там продать: ведь Британия больше не собирается придерживаться европейских стандартов производства.

С одной стороны, это, конечно, плохо, так как всё это станет дороже, с другой (чуть-чуть хорошего есть и в этой ситуации): Британия смогла гораздо раньше дать «зелёный свет» немецкой вакцине против коронавируса и начать вакцинацию чуть ли не на месяц раньше остальных европейцев. Со своей стороны Лондон пообещал также ввести собственный контроль товаров из ЕС, но когда это произойдет и произойдет ли вообще, неизвестно.

  1. Равные шансы для экономики

Этот раздел касается перемещения трудовых ресурсов. Британия обязалась признавать и исполнять все общеевропейские законы об условиях труда, социальных стандартах и гарантиях, налогах, охраны окружающей среды и защиты климата. Как говорится, «и вот и всё» о том, что «мы сами с усами, у нас должны быть свои законы». Именно этот раздел лучше всех остальных демонстрирует, что Британские острова фактически остаются в Евросоюзе, только уже без права голоса, положенного любому его члену, от Франции с Германией до Люксембурга с Мальтой. Если теперь когда-нибудь британцам не понравится какой-либо закон ЕС, Брюссель получает право вводить против них экономические санкции, а вот отстаивать свое право не исполнять этот закон Британия больше не может.

  1. «За рыбу — деньги»

Животрепещущим политическим вопросом все минувшие пять лет оставался лов рыбы в европейских и, соответственно, британских территориальных водах. Договорились о том, что в следующие 5,5 лет европейские рыбаки должны будут урезать свои уловы у британских берегов на четверть (британская сторона первоначально настаивала на сокращении на 60%). Что потом? Потом опять придётся торговаться за квоты.

  1. Агропром

В этом секторе всё осталось без изменений, кроме одного: британские фермеры, до сих пор получавшие довольно ощутимые дотации от Евросоюза, больше их получать не будут. Кроме того, в Евросоюз больше не будет поставляться британский посевной картофель (Британия не соглашается с европейскими стандартами качества для этого продукта). От этого пострадает, в первую очередь, Шотландия, которая, напомним, более других частей Соединенного королевства не хотела уходить из Европы. Вот уж воистину — без вины виноваты…

  1. Охрана правопорядка

Тут Британии не повезло, пожалуй, больше всего, если не считать потери европейских штаб-квартир ведущих банков мира. Британская полиция, британские спецслужбы отключаются от баз данных Европола. Теперь за любой справкой о любом карманнике придётся строчить отдельный запрос и ждать ответа.

  1. Визы

Туристам, желающим отправиться из Великобритании в страну ЕС или, наоборот, в Великобританию из Европы на срок до 90 дней виза не потребуется, а вот если на подольше или вообще — пожить-поработать, то тут понадобится отдельное разрешение. Для британцев, живущих в странах Евросоюза, вводятся дополнительные формальности, именно это привело к тому, что огромное количество «европейских британцев» решило сменить гражданство. Участие Британии в европейских учебных и исследовательских программах Erasmus, Galileo и Horisont либо прекращается полностью, либо сокращается в разы. Европейским студентам, желающим обучаться в британских университетах, придётся платить повышенные взносы. То есть в данном случае проигрывают обе стороны, хотя британская проигрывает больше.

  1. Финансы и защита личной информации

Вот тут — полный разгром. Дело в том, что принцип отсутствия таможенных сборов, согласно подписанному договору, не распространяется на финансовый сектор, а ведь именно он является для Британии наиболее важным, он составляет 80% британской экономики. Пока что окончательное решение этого вопроса отложено до марта, но что потом? Доступ на европейский финансовый рынок для британских банков и клиентов будет закрыт. Многие из британских банковских домов уже сейчас перевели обслуживание европейских клиентов в Дублин и Гамбург, в Вену и Франкфурт-на-Майне. То есть сотни миллиардов фунтов стерлингов в год, тысячи рабочих мест для квалифицированных специалистов окажутся для Британии потерянными.

Более других от этого выиграли Германия с её могучими финансовыми центрами и соседняя Ирландия, у которой теперь вообще появился шанс стать таким же финансовым гигантом Европы, каким до сих пор была Великобритания. Ещё одним последствием станет введение роуминга для телефонных звонков: европейцам — в Великобританию, британцам — во все 27 стран Евросоюза.

  1. Экономика и стандарты

Британские товары должны будут проходить сертификацию для продажи в странах ЕС. Это сделает их дороже и уменьшит их популярность у европейских покупателей. ЕС и Бри­тания продолжат сотрудничество в борьбе с нелегальной миграцией, в области семейного права, дипломы ВУЗов будут по-прежнему взаимно признаваться.

  1. Логистика

В области транспортных услуг и путей сообщения всё останется по-прежнему — единственная, пожалуй, добрая весть.

  1. Совместная внешняя и оборонная политика

Британия просто не подписала соглашение в этом разделе. Поэтому для неё будут закрыты базы данных как внешнеполитических ведомств Евросоюза, так и оборонных. Конечно, Великобритания в оборонном отношении и сама по себе страна очень сильная, член «Ядерного клуба», но всё-таки совместно с Европой она была гораздо сильнее… С другой стороны, тот факт, что у британского внешнеполитического ведомства теперь полностью развязаны руки и над ним не довлеет больше необходимость оглядываться на общеевропейские консенсусы и запреты — плохая новость для России: как известно, правительство Её Величества давно уже проводит в отношении Москвы гораздо более жёсткую линию, чем все страны ЕС, вместе взятые.

Борис Немировский, журнал «Neue Zeiten» №01 (235) 2021

Werbung