Комиссия по расследованию скандала с Wirecard превращается в побоище на палубе до сих пор пока ещё не потопляемого крейсера большой коалиции ХДС и СДПГ, за которым с улыбкой следят «на берегу» их конкуренты на осенних выборах в Бундестаг. В то время как министр экономики Альтмайер категорически отвергает свою ответственность за финансовую аферу века, его партия указывает пальцем в сторону министра финансов Шольца.

Финансовое мошенничество

Комиссия Бундестага по расследованию скандала (Wirecard-Unter­suchungs­ausschuss) вот уже полгода пытается раскрыть этот невиданных масштабов случай финансового мошенничества, и её работа наконец-то постепенно подходит к концу. На данный момент в ходе более чем 40 заседаний, а некоторые из них нередко затягивались до поздней ночи, были допрошены более 80 свидетелей. Впечатляют и объёмы следственных материалов: на жёстком диске собралось около 850 гигабайт данных, а в секретной службе охраны Бундестага уже начинают пылиться несколько сотен папок различного рода документов.

Следственной комиссии удалось выяснить, в первую очередь, почему и каким образом стало вообще возможным осуществить такую беспрецедентную массированную атаку на одну из сильнейших рыночных экономик мира. И это уже большой прогресс в таком запутанном деле. Если убрать в сторону имиджевые потери государственных органов и политических партий, сложив вместе только финансовые убытки инвесторов и кредиторов, то на данный момент потеряно не менее 22 миллиардов евро. И эта фантастическая сумма, вероятно, будет в дальнейшем только расти по мере того, как будет развиваться процедура банкротства жертв этой аферы, которая стала возможной только потому, что и политика, и финансовый надзор сделали это настолько лёгким для мошенников, что они просто не имели права этим не воспользоваться.

Ошибок больших и маленьких было сделано так много, что когда-то эта масса элементарно превратилась в устойчивую систему. А самой первой и основной ошибкой было решение, принятое основным органом надзора за финансовыми услугами Германии BaFin (Bundes­anstalt für Finanz­dienst­leistungs­­auf­sicht) классифицировать Wirecard AG не как финансовый холдинг, а как технологическую компанию, хотя бизнес-моделью Wirecard были как раз именно финансовые услуги. Таким образом, Wirecard под руководством Брауна (Markus Braun) и Марсалека (Jan Marsalek) смогла избежать общего надзора над своей финансовой деятельностью, и крышка от бочки с мёдом для любителей сладкого была приоткрыта.

Кроме того, Wirecard Bank и другие 57 дочерних компаний фактически образовали единое корпоративное подразделение, что-то наподобие городской крепости, где вход и выход жёстко контролировались, и всяческие попытки вынести какой-либо мусор из избы тут же пресекались, не глядя на заслуги и титулы. Хотя всё-таки какие-то проколы случались, особенно в период с 2018 по 2020 годы, когда даже слепому уже стало ясно, что с Wirecard что-то не так. Но политики, как всегда, чего-то выжидали, боясь первыми высунуть голову из-за бруствера, и это несмотря на то, что финансовый надзорный орган Bafin довольно-таки основательно и однозначно проинформировал государственного секретаря по финансам Йорга Кукиса (Jörg Kukies) и министра финансов Олафа Шольца (Olaf Scholz ) об исторически уникальном запрете на короткие продажи (Leerverkaufsverbot), введенном Bafin для акций Wirecard в феврале 2019 года. Этот запрет был воспринят на рынке как своего рода государственная индульгенция, подтверждающая благонадёжность Wirecard, и побудил многих инвесторов снова вложить кучу денег в Wirecard Group, в результате чего были потеряны новые миллиарды вдобавок к тем, которые уже успели раствориться в мошеннических финансовых схемах руководства компании.

Ответственность за катастрофу

Конечно же, всего этого можно было избежать, если бы в нужное время были предприняты правильные и последовательные действия теми, кто исправно получал свою неплохую зарплату и просто должен был ответственно подходить к выполнению своих служебных обязанностей. Но поезд ушёл, и руководство Wirecard продолжало свою мошенническую игру ещё почти полтора года, а затем даже успело вовремя очистить счета, перед тем как скрыться с места преступления.

А в это время, вместо того чтобы сорвать ручку ручного тормоза, немецкие политики настолько хотели и дальше верить в компанию, гордость национальной ИТ-индустрии, что не только не проверяли критическую информацию журналистов и аналитиков, но и с завидным упорством преследовали тех, кто приносил „в клюве“ плохие новости. Незадолго до банкротства Wirecard, госсекретарь по финансам Йорг Кукис (Jörg Kukies) даже пытался спасти Wirecard деньгами государственного KfW (Kreditanstalt für Wieder­aufbau), и это в то время, когда уже было более чем очевидно массовое мошенничество с балансом компании. Попытка спасения преступников на высшем государственном уровне — это невероятное событие для современной Германии, но уже, к сожалению, вполне доказанный исторический факт.

Госсекретарь Кукис был, конечно же, очень активным участником полного провала системы государственного финансового контроля, но он не был в гордом одиночестве, когда сама жизнь писала гениальный сценарий для будущего политического триллера, действие которого ещё далеко не окончено. Ведь главным его героям — министру финансов Олафу Шольцу (Olaf Scholz), министру юстиции Кристине Ламбрехт (Christine Lambrecht) и министру экономики Петеру Альтмайеру (Peter Altmaier) — до сих пор удаётся всеми правдами и неправдами уворачиваться от критических вопросов об их ответственности за катастрофу. Их безответственная позиция в соответствии с девизом «моя хата с краю» по отношению к откровенно криминальной истории в стенах их министерств и ведомств просто не может привести ни к какому другому результату, как к фатальному, и это обязательно отразится на результате осенних выборов.

В органах финансового надзора страны, не являющейся банановой республикой, не должно быть таких порядков, когда для решения проблемы в жертву приносят лишь только пешек. Но на данный момент пока что всё выглядит именно так, как в банановой республике, где никто из тех, кто стоит у руля, так и не произнёс фразу, которую давно уже хотят услышать очень многие, а именно: «Прошу прощения, я несу полную ответственность за нанесённый огромный ущерб». И пока такая фраза с высоких трибун ещё не произнесена, повторение аналогичной атаки на финансовую или любую другую систему страны в будущем исключить никак нельзя (если таковая уже не идёт полным ходом, пока все гоняются за неуловимым Яном Марсалеком).

Александр Мельников, журнал «Neue Zeiten» №05 (239) 2021

Werbung