© Andreas Gruhl - AdobeStock

Так характеризовал в стихах А.С. Пушкин своего учителя поэзии. В.А. Жуковский (1783-1855) известен не только как поэт, но и как переводчик, как один из основоположников российского романтизма и создателей современного русского литературного языка, наставник будущего императора Александра II.

Продолжение. Начало в № 11(233)

Начало самостоятельной жизни

По окончании пансиона Жуковский зачислен приказным в Главную соляную контору с жалованием 175 рублей в год. Контора вызвала у него острую неприязнь, о чём он делится с бывшим однокурсником: «Я пишу… в гнилой конторе, на куче больших бухгалтерских книг; вокруг меня раздаются голоса толстопузых, запачканных и разряженных крючкоподьячих; перья скрипят, дребезжат в руках этих соляных анчоусов и оставляют чернильные следы на бумаге…». Возненавидел он и начальника своего — главного директора соляной конторы Н.Е. Мясоедова, называемого в Москве «пресмыкающееся животное».

Довольно скоро эти мучения закончились. На резкое замечание начальника Жуковский ответил тоже резкостью, в результате был взят под арест, после чего подал в отставку и удалился в родное имение Мишенское. Так в мае 1802 года закончился первый период пребывания поэта в Москве.

«Сельское кладбище»

Шесть лет оставался Жуковский в родных краях. Он много занимался самообразованием, много писал. Почти месяц совершенствовал сделавшее его знаменитым стихотворение «Сельс­кое кладбище» — вольный перевод элегии английского поэта Томаса Грея, напечатанный Карам­зиным в «Вестнике Европы» в 1802 году. Поэтические картины природы, музыкальность, элегические настроения и философские раздумья привлекли читателя: «Уже бледнеет день, скрываясь за горою;/ Шумящие стада толпятся над рекой;/ Усталый селянин медлительной стопою/ Идёт, задумавшись, в шалаш спокойный свой./ В туманном сумраке окрестность исчезает…/ Повсюду тишина; повсюду мёртвый сон…». И далее — описание кладбища, ночь, луна, дикая сова, таившаяся под древним сводом башни. Сюда приходил юный поэт и «часто в горести печальной, молчаливой,/ Лежал, задумавшись, над светлою рекой». В завершение — погребение юноши на этом кладбище.

Уже в этом первом стихотворении заложены все характерные черты поэзии Жуковского. Почти всегда присутствовала в его стихах меланхолия. Практически каждый раз это были переводы, но он выбирал произведения, близкие его настроению; мог удалить несколько авторских строк и добавить свои, поэтому говорил, что в его переводных стихах «почти всё чужое или по поводу чужого — и всё, однако, моё». Интересна оценка Белинского: «Жуковский был переводчиком на русский язык не Шиллера или других каких-нибудь поэтов Германии и Англии, нет. Жуковский был переводчиком на русский язык романтизма средних веков, воскрешённого в начале ХIХ века немецкими и английскими поэтами».

Начало несчастливой любви

В родных местах пришла к поэту влюблённость, трудная и горестная, оставившая заметный след в его жизни и творчестве.

Музой Жуковского стала Мария, старшая дочь его сводной сестры Екатерины Афанасьевны Протасовой. Некоторые исследователи находят в Марии черты пушкинской Татьяны. Мемуарист Ф.Ф. Вигель писал о ней: «Она была не красавица… Но во всём существе её, в голосе, во взгляде было нечто необъяснимо обвораживающее… С большим умом и сведениями она соединяла необыкновенные скромность и смирение…». Сестра Маши Саша была, напротив, лёгкой, живой, весёлой. Сестёр Протасовых литературоведы сравнивают с сёстрами Лариными.

Сложна и продолжительна история любви Жуковского. Началась она в 1805 году, когда Василий жил в Мишенском. В это время скончался муж Екатерины, и, не имея средств нанять учителей для своих дочерей — 12-летней Маши и 9-летней Саши, она предложила Василию заниматься с ними. Так Жуковский стал их гувернёром и учителем. Девочки были способными ученицами, занятия им нравились, как и наставнику.

Через некоторое время Жуковский заметил, что скучает без Маши. Когда она с матерью и сестрой уехала на три месяца к родственникам в Орловскую губернию, он записывает в дневнике: «Что со мною происходит? Грусть, волнение в душе, какое-то неизвестное чувство… Можно ли быть влюблённым в ребёнка? Третий день грустен, уныл. Отчего? Оттого, что она уехала!» Позднее он снова возвращается в дневнике к своим чувствам: «Она умна, чувствительна, она узнала бы цену семейственного счастия…». Он замечал, что и Маша тянется к нему, находя в нём родственную душу. Наконец, когда девочке исполнилось 14 лет, Василий открывает свою любовь её матери. Екатерина в ужасе и негодовании: ни о каком браке, даже и со временем, не может быть и речи, поскольку, по её мнению, Маша и Василий находятся в слишком близком родстве. Василий не сдаётся, и начинаются долгие годы его борьбы за свою любовь.

Несколько раз он возвращался с предложением брака с Машей к её матери. Но тщетно. По его просьбе ей писал даже сам митрополит Филарет, дав разрешение на женитьбу. Почему нет, ведь Василий числился сыном Жуковского, то есть не имеющим никаких родственных связей с Буниными. Но Екатерина Афанасьевна оставалась непреклонна.

В 1808 году Жуковский получил предложение возглавить журнал «Вестник Европы», ранее выпускаемый Н.И. Карамзиным. Он дал согласие и уехал в Москву.

Редактором «Вестника», и весьма успешным, Жуковский пробыл до 1810 года. И снова вернулся в родные края. Поселился сначала у Протасовых в Муратово, но вскоре перебрался по соседству в деревеньку Холх, купленную для него приёмной матерью Марией Григорьевной Буниной.

В этот период страстной влюблённости поэт переживает творческий подъём, пишет стихи о любви и счастье, но счастливым полагает только того, «кто способен наслаждаться семейственною жизнию». Для него же соединение с любимой остаётся лишь несбыточной мечтой. Добавим к этому воспоминания безрадостного детства, безвременную смерть любимого друга Андрея Тургенева. Потому его произведения постоянно проникнуты меланхолией. Конечно, печальные настроения характерны для романтической школы, отцом которой на Руси Жуковский иногда называл себя. Но присущие немецкому романтизму мечтательность и меланхолия не переносятся автоматически в русские переводы, а, как мы видим, определяются обстоятельствами жизни нашего поэта.

© wowinside — AdobeStock

Баллады

В 1808 году Жуковский опубликовал свою первую балладу «Людмила» — переложение «Леноры» известного немецкого поэта-романтика Готфрида Бюргера. Через несколько лет сделал ещё одно её переложение — прославившую его балладу «Светлана». Немецкое произведение превратилось в русский фольклор: «Раз в крещенский вечерок/ Девушки гадали:/ За ворота башмачок,/ Сняв с ноги, бросали…». Бюргеровские ужасы упрятаны в жуткий сон Светланы — мёртвый жених приезжает в полночь за невестой и увозит её на кладбище. Но концовка — радостное пробуждение, появление жениха.

Заканчивается баллада свадьбой в духе русских сказок: «Соберитесь, стар и млад;/ Сдвинув звонки чаши, в лад/ Пойте: многи леты!». Надо сказать, Жу­ковс­кий любил баллады. Белинский писал: «Современники юности Жу­ковс­кого смотрели на него преимущественно как на автора баллад. Под балладою тогда разумели короткий рассказ о любви, большей частью несчастной: могилу, привидение, ночь, луну, а иногда домовых и ведьм считали принадлежностью этого вида поэзии». С 1808 по 1833 год им написано 39 произведений этого жанра. Недаром друзья называли его «балладочником».

В ополчении

Между тем, семейные противоречия нарастали. Кульминацией стало исполнение на домашнем празднике Жуковским романса на свои стихи «Пловец». Спасение гибнущему пловцу приходит от «ангелов небес»: «Неиспытанная радость —/ Ими жить, для них дышать;/ Их речей, их взоров сладость/ В душу, в сердце принимать…». Екатерина Протасова, присутствовавшая с дочерями на празднике, услышала в этих словах намёк на чувства к Маше и потребовала, чтобы Жуковский покинул их дом. На следующий день Василий Андреевич уехал в Москву. Екатерина рассказала о своей ссоре с Жуковским и о причине его отъезда родственницам, а от них и Маша узнала о тайной любви к ней Жуковского.

В это время был объявлен призыв в ополчение на борьбу с армией Наполеона, и Жуковский вступил в него. В армии Жуковский встретил товарища по университетскому пансиону Андрея Кайсарова, который способствовал определению его на службу в канцелярии, где таланты литератора оказались востребованы при написании бюллетеней о сражениях, отчётов, приказов и пр. Тогда поэт создал ставшую знаменитой песню «Певец во стане русских воинов». Певец-патриот одиннадцать раз поднимает кубок во славу родины, русского царя, воинов, «святого братства».

«Певец» был с энтузиазмом принят «всеми сословиями русского народа, от простого ополчанина до царского семейства». В «Походных записках» И.И. Лажечников, участвовавший в военной кампании, писал: «Часто в обществе военном читаем и разбираем «Певца во стане»… Почти все наши выучили сию пиесу наизусть. Какая поэзия! Какой неизъяснимый дар увлекать за собой душу воинов!..» В ноябрьском номере «Вестника Европы» это произведение было опубликовано. Императрица Мария Фёдоровна высоко оценила творение Жуковского, приглашала автора в Петербург.

Жуковский дошёл с войском до Вильно. Здесь зимой 1812 года сильно простудился, попал с горячкой в больницу. Когда выздоровел, связался с Главным штабом и узнал, что удостоен чина штабс-капитана и ордена св. Анны. Ему был предоставлен бессрочный отпуск по болезни, и 6 января 1813 года он вернулся к своим родным, но на этот раз не в Мишенское, которое опустело для него (родители умерли, сёстры разъехались), а в Муратово, имение Протасовых.

Продолжение следует.

Елена Кутузова, журнал «Neue Zeiten» №12 (234) 2020

Werbung